1 просмотр

Три лучших фильма осени: что посмотреть в выходные

Билл Мюррей в роли любимого отца, Роберт Паттинсон - похотливого священника, Саша Барон Коэн - бунтаря и политактивиста

Фото: Офелия Жакаева

Стриминги не дают зрителям заскучать и регулярно поставляют отличное кино. «Курсив» предлагает ознакомиться с тремя лучших фильмами осени, два из которых с оскаровским потенциалом. Внимание: спойлеры.

«Последняя капля» Софии Копполы

Новый фильм Софии, снятый для Apple TV+,  – это незатейливое, совсем необязательное, но достаточно душевное и теплое кино, на которое не жаль потратить полтора часа. Правда, с одной оговоркой –  от новой картины не стоит ждать новых «Трудностей перевода», хотя и там, и здесь у Копполы снимался Билл Мюррей. Это первая их совместная работа спустя 17 лет. 

В своей новой ленте София Коппола возвращается к своему любимому жанру – фильмов про «папину дочь» и вновь исследует эту тему, но уже с высоты своих лет и согласно требованиям нового времени – с учетом всех меньшинств, как расовых, так и сексуальных. Ее героиня  - замученная семейной жизнью и отсутствием творческого вдохновения писательница Лора (Рашида Джонс), мать двоих детей и супруга симпатичного и энергичного афроамериканца (Марлон Уэйанс). Женщину поглотил быт, а супруга – работа. Однажды приехав из командировки, он поцеловал ее так, будто бы они незнакомы и зародил в ней сомнения. Кажется, благоверный ей изменяет и кому же об этом рассказать? 

Конечно же, папе! 

Он (Билл Мюррей) знает толк в изменах. Несмотря на возраст, папа - ловелас в строю, по-прежнему делает дамам опасные и старомодные комплименты и также олдскульно пытается их харассить. Именно отец предлагает слежку за мужем, дабы дочь самолично уличила благоверного в предательстве, после чего начинаются их совместные приключения, ведь папочка - ее partner in crime, человек, которому можно доверить абсолютно все и с которым можно совершать любые глупости и мелкие правонарушения. 

Персонаж Мюррея в новой ленте Софии - это будто бы постаревший и неисправившийся вовремя герой ее прекрасной картины «Где-то». Напомним, там по сюжету кинозвезде, который проводит больше времени со стриптизершами, чем с семьей, присылают на попечение дочку-подростка. И хотя плэйбой на пенсии должен выглядеть жалким зрелищем (как в «Сломанных цветах» Джармуша), созданный Мюрреем образ напротив вызывает теплые чувства. Ведь неидеальный папа, который любит тебя всем сердцем и не даст в обиду ни одному мужчине, все же идеален, особенно для тех, у кого с отцом так и не сложилось. Смотреть папам рекомендуется. 

«Дьявол всегда здесь» 

Этой осенью Netflix представил безбожно хороший фильм, который уже окрестили одной из лучших лент года. Как правило, картины без хэппи эндов, где главный герой –  не конкретный человек, а абсолютное зло, получаются у единиц. Так вот, Антонио Кампос точно относится к таковым, ведь его новая драма вышла, как минимум, достойной внимания. «Дьявол всегда здесь» Кампоса  - это мрачное, атмосферное и беспросветное кино о плохо изученной, оттого и очень привлекательной американской готике и той Америке, о которой знают лишь фанаты «Настоящего детектива» и жители забытой богом провинции где-нибудь в США, в каком-нибудь Огайо, например, дальнобойщики и водители грузовиков. Один из них – Дональд Рэй Поллок колесил по родному штату всю жизнь, а потом вышел на пенсию и написал бестселлер о круговороте насилия в природе, получилось зловеще. Видимо, для придания правдивости всему происходящему, Кампос пригласил писателя озвучить рассказчика, чей голос мы слышим за кадром. 

Действие фильма начинается где-то в 50-х – после Второй мировой, отслуживший солдат и травмированный войной человек Уиллард Рассел (Билл Скарсгард) встречает официантку - симпатичную Шарлотту, и, ослушавшись набожной матери, обещавшей его другой невесте, женится на любимой. 

Они селятся в домик вдалеке от всех, сколачивают у дома добротный крест и рожают сына (уже взрослого парня играет Том Холланд). Но счастье длится недолго – Шарлотта заболевает и умирает, после чего начинается череда несчастий и главным героем всего этого мрака становится персонаж Холланда. К слову, в своей роли человек-паук так хорош, что делает непосильное - затмевает самого крутого голливудского актера молодого поколения Роберта Паттинсона,  весьма эффектно играющего похотливого священника. 

Хотя дьявол в этом фильме кроется не в деталях, а сидит в каждом провинциальном закоулке американской глубинки и картина буквально нашпигована криминалом, грехами, депрессивными пейзажами и бесконечной тревогой, она все же не антирелигиозна. Напротив, кажется, что фильм не что иное как занимательно рассказанная проповедь о том, как человек, заменяющий Бога для себя чем-то иным, становится нелеп и страшен, и если делать зло, то бумеранг обязательно вернется, пусть даже в следующем поколении. 

«Суд над чикагской семеркой» 

Наш с вами любимый Борат (к слову, у сиквела «Борат-2» рекордное количество просмотров на Amazon) Саша Барон Коэн, весьма органично перекочевал из оскорбительной комедии, снятой к выборам американского президента и демонстрирующей Трампа и его сторонников «во всей красе», в превосходную судебную драму. Ее выдал самый знаменитый голливудский сценарист, а теперь еще и режиссер Аарон Соркин. Вот что значит правильно выбрать роль - теперь после нового «Бората», «казахская» картина Коэна смотрится не столько форменным издевательством, сколько своеобразным отражением политических взглядов, идеалов и принципов комика. В новой картине Коэн играет знаменитого Эбби Хоффмана –  левого активиста, дерзкого бунтаря, хиппи и саркастичного интеллектуала, который каждый свой публичный выход превращал в шоу и политический стенд-ап. 

«Суд над чикагской семеркой» – это тоже юридическое шоу. Отчасти старомодное (или будем говорить – классическое), но отлично сделанное, захватывающее и, к счастью, ни на минуту не скучное, несмотря на то что все действия здесь, как правило, происходят в зале суда и два часа одни разговоры, разговоры, разговоры.

После премьеры этого фильма, который, говорят, должен был снимать Спилберг, Соркин, похоже, навсегда застолбил за собой место еще и мастера великолепных диалогов, лучшего в Голливуде. Они у него отлично получались всегда, но в дебютном фильме «Большая игра» с Джессикой Честейн, о королеве подпольных казино и легендарной личности в мире покера - Молли Блум, бесконечные разговоры будто бы стали частью его режиссерского стиля, киноязыка, если хотите. Вторая картина это подтвердила.
 
Сюжет новой драмы Соркина как никогда актуален и рифмуется с современностью – он рассказывает об интересном судебном кейсе и любопытной странице американской истории: семь гражданских активистов, которые протестовали против войны во Вьетнаме, обвинили в организации беспорядков, бунта и чуть ли не попытке начать гражданскую войну. Социальная повестка картины, сложность материала (реальный процесс был многодневным перформансом и выбрать оттуда главное не всем под силу), масштаб ленты (она задевает чувства не только американцев, а всех, кому близка тема гражданских свобод), качество драматургии и суперзвездный состав: в роли адвоката ребят – великолепный Марк РайлэнсТома Хейдена играет талантливый «оскароносец» Эдди Редмэйн,  а в роли экс-генпрокурора появляется даже Майкл Китон, стопроцентно обеспечивает участие картины в оскаровской гонке. Одна плохая новость - кажется, у Коэна будет, как минимум, номинация.

 
1 просмотр

Современные тренды старинной казахской одежды

Рассказываем, как встроить в повседневный гардероб национальные элементы

Фото из личного архива Айжан Беккуловой

Самый стильный казахстанский дипломат – этот негласный титул получил Кайрат Сарыбай, который недавно был освобожден от должности посла в Австрийской Республике. Неформальное почетное звание ему дали за то, что он регулярно ходил на вручение верительных грамот в национальной одежде. А именно – в чапане. 

05.Kairat_Sarybai.jpg

Кайрат Сарыбай вручает верительные грамоты Федеральному президенту Австрии Хайнцу Фишеру. Фото: пресс-служба МИД РК

Это потом был «казахский национальный фрак» посла во Франции и Монако Жана Галиева и совсем недавно – что-то вроде френча с казахским орнаментом посла в Норвегии Еркина Ахинжанова

02.Zhan_Galiyev.jpg

Посол Казахстана во Франции, Португалии и Монако по совместительству Жан Галиев вручил верительные грамоты князю Монако Альберу II. Фото: пресс-служба МИД РК

Но Кайрат Сарыбай – первый. Он не просто носит чапан, но делает это со знанием предмета и явным удовольствием. И самое главное – создает прецедент и обозначает сложный для наших чиновников вопрос: как носить национальную одежду в официальной обстановке?

А как только определятся «наверху» – народ сразу подтянется, уверены многие казахстанские дизайнеры. И будет с удовольствием носить национальное в повседневной жизни, не низводя великое изобретение казахского швейного искусства – чапан – до исключительно «тойского» подарка.   

А пока не помогает даже официально объявленный День казахской национальной одежды (отмечается в последнюю пятницу апреля) и Наурыз: вытащенные по случаю праздника чапаны и камзолы потом снова отправляются в дальний угол шкафа на целый год. Хотя, как говорят те же дизайнеры, в модных трендах каждого нового сезона всегда есть место тому или другому элементу казахской национальной одежды.  

Осень 2020 года – не исключение.

Почти чапан от Oscar de la Renta

Главная модная тенденция этого года – стеганые вещи. «Виновником» их возрождения по праву может считаться основной трендсеттер нынешнего сезона – итальянский бренд Bottega Veneta. Впрочем, пальто и тренчи, куртки и жилеты, и даже платья и юбки, похожие на одеяло, сегодня можно увидеть и у Balenciaga, Dior, Monсler или Louis Vuitton. 

Но самый близкий нам по духу в этом списке – Oscar de la Renta. Его куртки прямого силуэта с достаточно мелкой прострочкой похожи на наши старинные чапаны, как родные. 

Айжан Беккулова, дизайнер, председатель Союза ремесленников Республики Казахстан, рассказывает, что давно хочет наладить выпуск традиционных стеганых казахских чапанов – или, если угодно, пальто и курток. «Не всегда нужно «от и до» следовать традициям, – говорит Айжан. – Иногда стоит обратиться к психологии костюма, его философии, чтобы сделать его национальным. У стеганой одежды изначально – национальные корни, взгляните на старые фотографии. Или посмотрите на современные модели узбеков и кыргызов – соседи давно обогнали нас в этом вопросе. А мы все продолжаем ссылаться на отсутствие денег, времени и спроса, хотя, на мой взгляд, наш потребитель уже готов».

11_Bekkulova.JPG

Фото из личного архива Айжан Беккуловой

Потребитель уже готов и к тому, чтобы носить казахские национальные украшения – считает дизайнер, руководитель театра «Арлан Жете» Муслим Жумагалиев. Один из самых устойчивых трендов последних сезонов – пояса, которые сегодня носят не только традиционно, продевая сквозь шлевки брюк или джинсов, но и поверх свитера, жакета или пальто. «Почему бы не надеть так традиционный казахский пояс, инкрустированный серебром?» – отмечает Муслим.

Добавим к этому еще три близких нам актуальных тренда в украшениях. 

Полудрагоценные и поделочные камни вместо бриллиантов (когда казахи носили бриллианты?). Так называемые statement, то есть крупные, броские украшения вместо минималистичных (сюда – огромные казахские перстни кудаги-жузик и, конечно, наши мощные браслеты). И, наконец, чокеры – короткие ожерелья, плотно прилегающие к шее: если кто не в курсе, казахские чокеры называются «тамакша», и они прекрасны.  

16.Tankayeva_Kokenov.JPGФото: браслеты из коллекции известного казахского юбвелира Сериккали Кокенова

Древний казахский минимализм 

Впрочем, Муслим Жумагалиев говорит, что есть казахские вещи, которые уже носят и будут носить, независимо от модных тенденций. «Например, головные уборы борик или такия – их надевают сегодня не только отправляясь в мечеть. Я сам ношу такия и могу надеть ее на любую встречу, самую официальную, в том числе и за рубежом. Это уже зависит от человека».

Кстати, борик – круглую шапочку, отороченную мехом, использовали в своих коллекциях мэтр российской моды Вячеслав Зайцев и французский кутюрье Ив Сен-Лоран – понятно, что они называли ее по-другому.

Еще один казахский головной убор, популярный не только у нас, но и, скажем, в России и Северной Европе – это тымак (малахай, треух). Очень удобная и теплая шапка, главное отличие которой – назатыльник, спасающий шею от ветра и холода.

«Но человек должен быть готов к тому, чтобы носить сегодня традиционную казахскую вещь и чувствовать себя при этом комфортно, – соглашается с Муслимом Жумагалиевым Айжан Беккулова. – Ко мне недавно обратился городской парень-казах, который попросил придумать ему современный вариант казахской шапки. Но при этом он сделал столько оговорок, явно боясь потом выглядеть несовременно, а, может, даже комично, что мне показалось – он еще не готов. При этом само его желание носить что-то национальное мне понравилось». 

15.Bekkulova_Babushkin.jpg

Айжан Беккулова представила на международном фестивале «Этноподиум» в Иркутске свою коллекцию «Когда казахи были мореплавателями». Сама Айжан вышла на подиум в казахской юбке белдемше. Фото: Дмитрий Бабушкин.

Хотя, по мнению дизайнеров, как раз казахская национальная одежда изначально создана так, чтобы чувствовать себя в ней абсолютно комфортно. Все эти предельно приталенные камзолы, длиннющие платья, которые «метут» землю, и т.д. – «изобретения» уже советского времени.

«Дело в том, что казахи очень прагматично относились к вещам в силу особого образа жизни, – говорит Муслим Жумагалиев. – Зачем возить с собой лишнее? Поэтому у нас не было вычурности, в отличие от Европы с ее рококо и барокко. Наша одежда утилитарна, комфортна, носибельна – была когда-то и, может быть, сегодня. Главное – грамотно и со вкусом ее преподнести».

Плащ из Великой степи

Две вещи из национальной одежды, которые дизайнерам особенно хочется вернуть в обиход, – это шекпен (плащ из верблюжьей шерсти) и белдемше (распашная юбка на высоком поясе).

Айдархан Калиев, главный дизайнер Дома моды «Асыл-Дизайн», впервые увидел шекпен в подземной мечети комплекса Ходжи Ахмета Яссауи в Туркестане как музейный экспонат и только потом нашел «живой» образец в селе Кызылаут Жамбылской области. Уникальный и лаконичный казахский плащ настолько поразил его воображение, что вскоре Айдархан Калиев сделал коллекцию «Великая степь», в основе которой был верблюжий шекпен.

«Когда-то ткани из верблюжьей шерсти производились у нас в промышленных масштабах, – говорит Айдархан Калиев, – на Каргалинском камвольно-суконном комбинате. Шикарные ткани. Не было никаких проблем ни с сырьем, ни с реализацией. Но в какой-то момент все это оказалось никому не нужным: после распада СССР производство остановилось. И в той нашей коллекции мы не просто вернули ткань из верблюжьей шерсти: мы вернули ее в традиционном исполнении».

То есть мастера так же, как много лет назад, собирали шерсть верблюжат, пряли ее на уршык – старинной казахской прялке, и ткали ручным способом на восстановленном станке.

«Мне кажется, что шекпен – это совершенно современная вещь, без каких-либо наворотов, практичная, натуральная, в приятной цветовой гамме, и, что особенно важно – легкая и при этом теплая, – говорит Айжан Беккулова. – Кстати, я всегда думала, что шекпен – это чисто мужская вещь, но недавно мне написали, что встречались и женские».

Причем шекпен считался модной молодежной одеждой как раз потому, что был не только удобным, но и стильным. 

Как, впрочем, и юбка белдемше: удобная, функциональная – а какая эффектная.

«Я видел, как ее можно красиво стилизовать! – говорит Муслим Жумагалиев. – Современная женщина надевает ее просто на платье, без жилетки, «подавая» белдемше как главный элемент образа».

И эта юбка того заслуживает. В прежние времена казашки носили как повседневные, обычные белдемше, так и праздничные. Последние обшивались по краям мехом выдры или отделывались позументом, рядами серебряных бляшек или монет, и, наконец, вышивались.

08_Nazarenko_Arlan_Zhete.JPGФото: Илья Назаренко

Один из таких великолепно вышитых экземпляров хранится в Южно-Казахстанском областном краеведческом музее в Шымкенте. Именно его взяла за образец Айжан Беккулова, когда решила заказать для себя белдемше у прекрасной мастерицы-вышивальщицы Кулжай Кусман.

Это белдемше стало своеобразной «парадной униформой» председателя Союза ремесленников РК: в нем Айжан Беккулова выступает на конференциях и симпозиумах в Казахстане и за рубежом, показывая почти забытую нами уникальную вещь.

...То же самое делал и «самый стильный казахстанский дипломат» Кайрат Сарыбай в бытность послом. Теперь у него новая должность – исполнительный директор секретариата СВМДА (Совещания по взаимодействию и мерам доверия в Азии). Несколько лет назад он сказал, что будет продолжать носить чапан в официальной обстановке – «естественно, там, где уместно»

 

kursiv_kz.jpg