119 просмотров

Как странам Центральной Азии восстановить экономику

Мнение директора Департамента стран Ближнего Востока и Центральной Азии (МВФ) Джихада Азура

Иллюстрация: Elnur

В регионе Кавказа и Центральной Азии (КЦА) были приняты оперативные и решительные меры по сдерживанию распространения вируса и смягчению его последствий для домашних хозяйств и компаний. Несмотря на эти меры, беспрецедентный характер пандемии и сопутствующая самоизоляция повлекли серьезные экономические издержки. Сейчас МВФ прогнозирует сокращение экономики региона в 2020 году на 2,1%, что представляет собой заметную смену тенденции после роста в размере 4,8% в 2019 году. 

Вместе с тем кризис также создает возможности для стран Кавказа и Центральной Азии, а также усиливает необходимость в придании экономике более инклюзивного характера и устранении факторов уязвимости. Восстановление экономики региона в сочетании с реформами, направленными на формирование устойчивости и ликвидацию структурных пробелов, рассматриваемых далее, даст надежду на увеличение экономического роста, создание рабочих мест и повышение качества жизни, а также на снижение уровня неравенства и бедности. 

Глубокое воздействие 

Пандемия может оказать более глубокое и продолжительное воздействие на экономику, чем предыдущие рецессии, принимая во внимание наличие долговременных факторов уязвимости в регионе. Согласно оценке, приведенной в последнем выпуске доклада МВФ «Перспективы развития региональной экономики: Ближний Восток и Центральная Азия», через пять лет объем производства в странах региона будет на 11% ниже уровня, соответствующего тенденциям, существовавшим до пандемии COVID-19, при этом возврат к тренду займет более десяти лет. В связи с этим путь к восстановлению экономики представляет собой трудный подъем, чреватый неудачами и усложняемый возможным долговременным экономическим ущербом, ростом неравенства и сохранением неопределенности. Продолжительные военные действия в регионе или политическая неопределенность принесут дополнительные риски.

Ликвидация пробелов и повышение устойчивости 

Страны КЦА уже завершили важные реформы по переходу к более высокому экономическому росту и созданию рабочих мест за счет частного сектора. Эти достижения необходимо сохранить с помощью новой волны реформ, включая улучшение управления, развитие финансового рынка, снижение участия государства, укрепление конкуренции и делового климата, а также повышение эффективности государственных услуг (в том числе за счет более широкого оказания электронных услуг).

Уменьшение роли государства в коммерческой деятельности, которая широко развита в странах региона (в среднем около 22% ВВП), создаст условия для развития предпринимательства и инноваций, роста занятости и производительности. Обследование предприятий в странах КЦА показывает, что уровень эффективности и инноваций государственных компаний часто в два раза ниже, чем у аналогичных частных фирм. Обеспечение более широкой финансовой интеграции для МСП и домашних хозяйств будет играть ключевую роль в облегчении этого перехода. Несколько стран добились значительных успехов в этом направлении, в том числе Казахстан, создавший Международный финансовый центр «Астана».

Восстановление также обеспечивает возможность повышения устойчивости экономики стран КЦА за счет диверсификации экономики в направлении снижения зависимости от углеводородов (Азербайджан, Казахстан, Туркменистан и Узбекистан), туризма (Армения и Грузия) и денежных переводов (Кыргызская Республика и Таджикистан). На устойчивости экономики благоприятно скажется обеспечение компенсации воздействия пандемии на балансы банков с помощью надлежащей гибкости мер регулирования, уравновешивающих необходимость стабильного предоставления кредита на поддержку восстановления экономики и сохранения финансовой стабильности.

Устойчивость и интеграция 

В то время как охрана общественного здоровья и поддержка наиболее уязвимых групп останутся приоритетными задачами экономической политики, восстановление бюджетных резервов, истощившихся вследствие кризиса, в сочетании со снижением бюджетных рисков поможет укрепить устойчивость экономики и поддержать прочное восстановление. В некоторых странах для восстановления резервов на докризисном уровне потребуются масштабные по историческим меркам меры по сбору налогов, поскольку в результате кризиса возник самый высокий уровень первичного дефицита за последние 20 лет.

Правительствам всех стран нужно создать пространство для реализации приоритетных расходов, которые необходимы для удовлетворения потребностей региона в области развития. Этого можно добиться с помощью набора мер в области расходов и доходов, включая переход к более прогрессивной системе налогообложения и расширение налоговой базы, постепенное снижение топливных субсидий, ограничение фонда заработной платы в государственном секторе и сокращение неприоритетных расходов. 

Многие из этих реформ не будут иметь успеха без усовершенствования государственного управления и борьбы с коррупцией. В этой области важно ориентироваться на передовые международные методы. Несколько стран КЦА уже начали делать успехи в реформах государственного управления, например, за счет совершенствования мер контроля за управлением государственными финансами и управления центральным банком. Необходимо продолжать работу в этом направлении. 

Наконец, для надежного восстановления экономики рост также должен приобрести более инклюзивный характер. Для этого страны КЦА должны увеличить размер и эффективность систем социальной защиты, а также расходы на здравоохранение и образование. Более широкое распространение цифровых технологий может способствовать расширению охвата, в том числе лиц, не занятых в формальном секторе. Такие меры могут оказать существенное влияние на развитие человеческого потенциала.

Поддержка МВФ 

МВФ продолжит оказывать поддержку странам КЦА в их работе по достижению этих целей. С самого начала пандемии COVID-19 МВФ оказывал странам КЦА помощь в виде финансовой поддержки (примерно $1,4 млрд), рекомендаций по вопросам экономической политики и развития потенциала. В странах, где реализуются поддерживаемые МВФ программы, например в Армении и Грузии, объем финансовой помощи был увеличен, чтобы помочь удовлетворить острые экономические и социальные потребности. В других странах, таких как Кыргызская Республика, Таджикистан и Узбекистан, стало доступно ускоренное предоставление средств для удовлетворения потребностей, связанных с COVID-19, с помощью механизмов экстренного финансирования МВФ.

Наконец, МВФ расширяет поддержку развития потенциала, в том числе с помощью учреждения нового регионального центра по технической помощи в г. Алматы, Казахстан, – Регионального центра развития потенциала для стран Кавказа, Центральной Азии и Монголии. Центр будет оказывать услуги в области развития потенциала с учетом потребностей каждой страны КЦА в основных областях экономической политики, таких как налогово-бюджетная, денежно-кредитная и курсовая политика и политика в отношении финансового сектора, а также укрепление потенциала для составления статистики. 

 
63 просмотра

Голливудских специалистов по спецэффектам переманивают в Big Tech

Разработка технологий дополненной и виртуальной реальности приносит больше денег, чем работа на «фабрике грез»

Кремниевая долина приобретает технологии, впервые использованные при создании фильма «Аватар». Фото: 20th Century Fox/Everett Collection

Зачем крупнейшие компании Кремниевой долины перекупают у Голливуда специалистов и технологии, которые стоят за голливудскими блокбастерами? Ответ кроется в создании миров для дополненной и виртуальной реальности.

«Дочка» Alphabet Google, компания Facebook и корпорация Apple входят в число техгигантов, которые в последнее время переманивают из Голливуда специалистов по визуальным эффектам. Также они приобретают технологии, впервые использованные для создания цифровых эффектов в блокбастерах вроде «Изгой-один. Звездные войны: Истории» и «Аватар».

В то время как виртуальная реальность (virtual reality, VR) является глубоко иммерсивной технологией, то есть практически полностью погружает вас в искусственно созданный мир, дополненная реальность (augmented reality, AR) накладывает картинку на изображение реального мира. Apple, Google, Facebook, Microsoft и другие компании разрабатывают специальные очки и шлемы под эти технологии, также носящие имя «расширенная реальность».

То, что Кремниевая долина вербует художников и инженеров, которые создали некоторые наиболее запоминающиеся цифровые эффекты Голливуда, отражает существующее в отрасли мнение: чтобы массовый пользователь принял VR и AR, технологии должны стать как можно правдоподобнее. Создание реалистичных персонажей и ландшафтов, похожих на те, что мы видим в фильмах или видеоиграх, является краеугольным камнем этой стратегии.

За последние годы немало бывших художников по визуальным эффектам ушли из таких голливудских компаний, как Industrial Light & Magic (в том числе работавшей над «Звездными войнами»), Digital Domain (киновселенная Marvel) и Weta Digital («Властелин колец», «Джуманджи: Новый уровень»), чтобы заниматься разработкой приложений и оборудования для AR и VR – нередко более высокооплачиваемой.

gollivudskih-specialistov-po-specehffektam-peremanivayut-v-big-tech1.jpg

Google применяет технологию Light Stage для создания реалистичных цифровых копий людей, которые затем можно импортировать для платформ AR или VR. Фото: Paul Debevec

«В отрасли визуальных эффектов труднее получить такой заработок», – отмечает Пол Дебевек, ветеран данной индустрии, отмеченный наградами первопроходец создания правдоподобных цифровых персонажей, который ныне является профессором Университета Южной Калифорнии. Около четырех с половиной лет назад Google нанял Дебевека для помощи в разработке технологий расширенной реальности.

«Многие из самых талантливых людей, которых я встретил в отрасли визуальных эффектов, находят работу в техиндустрии», – говорит он. Трое членов команды Дебевека также перешли в Google.

Работа над спецэффектами в кино- и телеиндустрии часто подразумевает сверхурочный труд, низкую зарплату, плохие гарантии трудовой занятости и слабый соцпакет – многие называют это «налогом на крутость», уплачиваемым за возможность поработать в самом Голливуде. В то же время Кремниевая долина тратит на технологии расширенной реальности миллиарды долларов. Это неравенство между двумя отраслями привело к появлению множества заманчивых трудовых предложений, от которых художникам по визуальным эффектам нелегко отказаться.

«Разница в том, что в техиндустрии отношение к вам в целом больше похоже на человеческое», – заявил один из ветеранов отрасли визуальных эффектов, который, как и многие из его коллег по цеху, недавно покинул «фабрику грез» ради работы в техсекторе. Сейчас он занимается разработкой платформ дополненной реальности в одной из крупнейших технологических компаний мира.

Почетный профессор Гарвардской школы бизнесы Шошана Зубофф называет миграцию талантов из Голливуда в Кремниевую долину «очередным примером того, что техноимперии способны перекупать критически важных работников умственного труда». Она проводит параллель с тем, что происходит в отрасли искусственного интеллекта, где крупные техкомпании убеждают ученых оставить работу в правительстве и университетах.

Голливудская индустрия визуальных эффектов испытывает не лучшие времена. Несмотря на то, что творения таких специалистов можно найти повсюду в кино и на телевидении, из-за падения цен получить прибыль стало труднее, и работники отрасли стали меньше зарабатывать.

В отрасли виртуальной и дополненной реальности наблюдается противоположная картина. Согласно прогнозам консалтинговой фирмы Accenture 2019 года, расходы компаний на иммерсивные технологии вырастут с $21 млрд в 2020 году до $121 млрд к 2023 году.

«Мир, предлагаемый смартфонами, стал таким насыщенным, таким богатым. Мы проводим столько времени, глядя в телефонный экран, что становится понятно – здесь мы уже мало что можем сделать, – говорит один из пионеров разработки VR Марк Пеше. – Следующий шаг – превратить весь мир в экран... именно это и предлагает дополненная реальность».

gollivudskih-specialistov-po-specehffektam-peremanivayut-v-big-tech2.jpg

Состаренный двойник Брэда Питта в «Загадочной истории Бенджамина Баттона». Фото: Paramount/Everett Collection

В последнее время техкомпании полагаются на опыт художников по визуальным эффектам, чтобы найти ключик к созданию правдоподобных цифровых объектов и персонажей.

«Если вы наденете AR- или VR-шлем, то увидите создаваемую им картинку. И одной из самой важных частей этой картинки являются люди», – отмечает Дебевек.

Будучи главой Института творческих технологий в Университете Южной Калифорнии, Пол Дебевек со своими коллегами разработал систему, которую многие специалисты по визуальным эффектам считают наиболее сложной в отрасли. Она позволяет создавать цифровые сканы людей, которые впоследствии можно анимировать.

Устройство, известное как Light Stage, – это шар диаметром 2,7 м, состоящий из 14 тыс. лампочек и более чем сорока камер. Самые известные цифровые двойники киноактеров появились именно благодаря этой технологии: это и Брэд Питт в «Загадочной истории Бенджамина Баттона», и Уилл Смит в «Гемини», и даже покойный Пол Уокер в седьмом «Форсаже».

В 2017 году Google создала свой собственный, еще более массивный Light Stage, способный отсканировать в 3D не только голову человека, но и всего человека целиком. С помощью Дебевека компания использует эту систему в том числе для того, чтобы попытаться создать максимально реалистичных цифровых персонажей для платформ AR и VR.

Еще один бывший руководитель Института творческих технологий – Хао Ли, который увлекся визуальными эффектами потому, что хотел «дурачить зрителя – в хорошем смысле». Созданная с его участием технология, совершенствующая производство цифровых героев для Голливуда, тоже была приобретена гигантом из Кремниевой долины.

Корпорация Apple купила технологию отслеживания лиц, разработанную Ли и его коллегами, и использовала ее как основу для приложения Animoji, в котором пользователи могут наложить свое собственное выражение лица на анимированных персонажей. Некоторые из коллег Ли перешли на работу в Apple вскоре после покупки проекта. 

Перевод с английского языка осуществлен редакцией Kursiv.uz

 

kursiv_kz.jpg